Здравствуй, Москва

Самолет AirBerlin

Преодолев недолгий перелет и попрощавшись с приветливым экипажем авиакомпании AirBerlin мы окунулись в домашнюю близкую нам атмосферу. Те дружественные пассажиры, которые минуту назад уступали очереди и улыбались произнося thank you, вдруг, стали толкать в спину проклиная, наверное, нас за нерасторопность.

Второй год подряд нас встретили знакомые лестницы, проводя к пункту паспортного контроля, от которого нас отделяли три этажа и всего 500 метров лабиринтов из натянутых брендированных лент и блестящих столбиков, отражающих уже скорбные лица проходящих мимо людей.

В шикарном холле властная женщина в погонах разводила идущие на нее потоки, как плотина на Иваньковском водохранилище разводит Волгу, отводя от нее канал им. Москвы. «Кто из Берлина сюда» — низкий баритон нарушил ритм лязгающих подошв. На секунду мне показалось, что форма ее фасона времен СССР, а остальное в атмосфере не уступало.

Перед пунктом паспортного контроля два потока, один из любимой мною Германии, другой из дружественного нам Узбекистана, сошлись в один галдящий табор с бесконечными клетчатыми сумками и авоськами. И не было в этом таборе никакого намека на отдельную очередь ни для для пассажиров с детьми, ни для маломобильных групп.

Сограждане, еще не потерявшие «европеесность» пропускали нас вперед, и мы, прихватив по пути грустную женщину с двумя детьми, медленно, но верно подошли к кабинке с пограничниками, о коих можно промолчать, так как это их работа — быть строгими и беспристрастными.

Дальше коридоры, потерянный и найденный багаж, коридоры, долгий экспресс и вот мы на, как мне кажется, самой оживленной и тесной в Москве станции метро Павелецкая. А там. Живое, сплетенное из десятков тысяч людей, полотно, изгибаясь в залах метрополитена, то разрываясь, то сшиваясь снова, заполняло собой все пространство, медленно уходя под землю. Гости, гости, кругом гости. Ведь как в песне: красавица Москва ко всем приветлива, ко всем она добра.